Биография Джорджа Оруэлла

Джордж Оруэлл: жизнь, книги и борьба за правду

Джордж Оруэлл — один из самых влиятельных писателей XX века, чьи произведения навсегда изменили политический язык человечества. Автор «Скотного двора» и «1984» прожил всего 46 лет, но за это время успел побывать колониальным полицейским в Бирме, бродягой в Париже и Лондоне, бойцом Гражданской войны в Испании, пропагандистом на BBC — и превратить каждый из этих опытов в литературу, которая не теряет актуальности спустя три четверти века после его смерти. Его настоящее имя — Эрик Артур Блэр (Eric Arthur Blair) — знакомо далеко не всем, но придуманные им слова «Большой Брат», «новояз», «двоемыслие» и «мыслепреступление» вошли в повседневный язык по всему миру. Суммарный тираж «Скотного двора» и «1984» к 2007 году превысил 50 миллионов экземпляров на 62 языках — больше, чем у любой другой пары книг одного автора XX столетия.

Семья «низшего верхнего среднего класса»

Эрик Артур Блэр родился 25 июня 1903 года в городе Мотихари, Бенгальское президентство, Британская Индия (ныне штат Бихар). Его отец, Ричард Уолмсли Блэр (1857–1938), служил помощником суб-агента в Опиумном департаменте Индийской гражданской службы — ведомстве, контролировавшем производство и продажу опиума в Китай. Мать, Ида Мейбл Блэр, урождённая Лимузен (1875–1943), была на 18 лет моложе мужа и имела французские корни: её отец Фрэнсис Лимузен был французом, занимавшимся торговлей тиком в Бирме.

У Эрика были две сестры: старшая Марджори (1898) и младшая Эврил (1908). Семья принадлежала к тому слою, который будущий писатель с безжалостной точностью назвал «низшим верхним средним классом» — люди с аристократическими претензиями, но без соответствующего дохода. Дальними предками Блэров были графы Уэстморленд, а прадед Чарльз Блэр владел плантациями с рабами на Ямайке, однако к началу XX века от былого благополучия не осталось ничего, кроме самоощущения.

В 1904 году Ида увезла годовалого Эрика и Марджори в Англию, в Хенли-на-Темзе (Оксфордшир). Отца Эрик практически не видел до 1912 года — и никогда не наладил с ним близких отношений, описывая его впоследствии как человека «скучного и консервативного».

От Итона до бирманской полиции

Образование Эрика началось в 1911 году в школе Святого Киприана в Истборне — частном пансионе, который он ненавидел с такой силой, что спустя десятилетия написал об этом уничтожающее эссе «Такие, такие были радости» (опубликовано посмертно). Именно в Святом Киприане он подружился с Сирилом Коннолли, будущим редактором журнала Horizon. Эрик проявил академические способности и получил стипендии сразу в два элитных учебных заведения — Веллингтон-колледж и Итон.

В Итон-колледже (май 1917 — декабрь 1921) он учился как Королевский стипендиат. Одним из его преподавателей французского был Олдос Хаксли — автор «О дивного нового мира», который позже станет его литературным «соперником» в жанре антиутопии. По свидетельству однокашника Стивена Рансимена, ученики ценили «лингвистический дар» Хаксли. Сам Эрик, однако, учился без энтузиазма — «откровенно бездельничал», как отмечает его биограф. В университет он не попал: семья не могла оплатить обучение без стипендии, а академические результаты не оставляли надежд на её получение.

Вместо Оксбриджа Блэр выбрал Индийскую имперскую полицию. В октябре 1922 года он отплыл в Бирму и следующие пять лет прослужил помощником окружного суперинтенданта в различных городах — Мандалай, Мьяунмья, Сириам, Моулмейн, Катха. Он выучил бирманский язык, приобрёл тонкие усы на манер британских офицеров и татуировки на костяшках пальцев (бирманцы верили, что они защищают от пуль и змеиных укусов). Но главное — он увидел «грязную изнанку Империи вблизи» и проникся глубоким отвращением к колониализму. Эти пять лет дали материал для романа «Дни в Бирме» (1934) и эссе «Казнь через повешение» (1931) и «Как я стрелял в слона» (1936).

В июле 1927 года Блэр уехал в отпуск в Англию — и больше не вернулся. Он подал в отставку, вступившую в силу 12 марта 1928 года.

Бродяга, посудомойщик, писатель: рождение Джорджа Оруэлла

Решив стать писателем, Блэр совершил поступок, немыслимый для человека его класса: он добровольно погрузился в нищету. В конце 1927 года он начал бродяжничать по лондонскому Ист-Энду под именем П. С. Бёртон, ночевал в ночлежках («спайках»), а однажды даже специально напился до ареста, чтобы узнать тюрьму изнутри.

В начале 1928 года он переехал в Париж, на улицу Пот-де-Фер в рабочем пятом округе. Здесь он жил в бедности, писал статьи для французских и английских изданий, перенёс тяжёлую болезнь (госпитализирован в больницу Кошен, что позже описал в эссе «Как умирают бедняки»), и наконец устроился посудомойщиком (plongeur) в шикарном отеле на улице Риволи. Этот парижско-лондонский опыт стал основой его первой книги — «Фунты лиха в Париже и Лондоне» (1933).

Именно для публикации этой книги он взял псевдоним. В письме своему литературному агенту Леонарду Муру от 15 ноября 1932 года он предложил четыре варианта: P. S. Burton, Kenneth Miles, George Orwell и H. Lewis Allways. Выбор пал на Джорджа Оруэлла: «Джордж» — в честь святого покровителя Англии (и царствовавшего тогда Георга V), «Оруэлл» — по названию реки Оруэлл в Саффолке, одного из любимых мест писателя. Он никогда не менял имя официально: друзья и родственники до конца его дней звали его Эриком.

В 1930-е годы Блэр/Оруэлл преподавал в школах, а с октября 1934 по январь 1936 года работал продавцом в букинистической лавке «Booklovers’ Corner» в Хампстеде — опыт, описанный в эссе «Воспоминания книготорговца» и романе «Да здравствует фикус!» (1936).

Испания: пуля в горло и прозрение на всю жизнь

26 декабря 1936 года Оруэлл прибыл в Барселону, чтобы сражаться на стороне Республики против Франко. Он вступил в ополчение ПОУМ (Рабочая партия марксистского единства), а не в Интернациональные бригады — просто потому, что приехал с рекомендательными письмами от Независимой рабочей партии Великобритании, связанной с ПОУМ.

Его жена Эйлин последовала за ним в Испанию, работала машинисткой в штабе ILP в Барселоне. 20 мая 1937 года на фронте под Уэской снайперская пуля прошла через горло Оруэлла, пройдя в нескольких миллиметрах от сонной артерии. Рану сочли смертельной, но он выжил — хотя голос так и не восстановился полностью, одна из голосовых связок была парализован.

То, что произошло дальше, изменило его мировоззрение навсегда. Пока Оруэлл лечился, ПОУМ была объявлена вне закона республиканским правительством под давлением сталинистов. Лидер ПОУМ Андреу Нин был похищен и убит советскими агентами. Оруэллу и Эйлин заочно предъявили обвинение в «яростном троцкизме». 23 июня 1937 года супруги бежали из Испании, чудом избежав ареста.

Испанский опыт стал «фундаментальным политическим переживанием» жизни Оруэлла. Он навсегда укрепил его в антисталинизме, не ослабив приверженности демократическому социализму. Как он написал в 1946 году: «Каждая строчка серьёзной работы, написанная мной с 1936 года, была написана прямо или косвенно против тоталитаризма и за демократический социализм, как я его понимаю». Испанская война непосредственно вдохновила книгу «Памяти Каталонии» (1938) и, в конечном счёте, «Скотный двор» и «1984».

Война, BBC и путь к «Скотному двору»

В августе 1941 года Оруэлл поступил на службу в Индийскую секцию Восточной службы BBC в должности продюсера переговорных программ с окладом 640 фунтов в год. Его задачей было создание радиопередач для слушателей на Индийском субконтиненте в поддержку союзнического военного дела. Работа была откровенно пропагандистской, и Оруэлл мучительно переживал это противоречие. В дневнике он записал: «Всякая пропаганда — ложь, даже когда говоришь правду», а BBC назвал «чем-то средним между женской школой и сумасшедшим домом».

Он уволился в ноябре 1943 года, назвав эти два года «потерянным временем». Однако именно бюрократическая атмосфера BBC вдохновила описания Министерства Правды в «1984», а знаменитая Комната 101 получила название от реального конференц-зала в здании BBC на Портленд-Плейс, 55, где проходили невыносимо скучные совещания. Ни одной записи голоса Оруэлла не сохранилось.

После BBC Оруэлл стал литературным редактором социалистической газеты Tribune и написал «Скотный двор» (ноябрь 1943 — февраль 1944). Эта сатирическая повесть-притча о Советском Союзе была отвергнута минимум четырьмя крупными издательствами. Виктор Голланц, постоянный издатель Оруэлла, отказал — Британия была союзницей СССР. Джонатан Кейп сперва согласился, затем отозвал решение после вмешательства чиновника Министерства информации Питера Смоллетта — который, как выяснилось позднее из архива Митрохина, был завербованным советским агентом. Т. С. Элиот в издательстве Faber and Faber признал книгу «выдающимся литературным произведением», но отверг её как «в целом троцкистскую», добавив, что «нужны не более коммунистические, а более общественно сознательные свиньи». В Америке один издатель сообщил, что «в США невозможно продавать книги о животных».

Книгу опубликовал Фредрик Уорбург (Secker & Warburg) 17 августа 1945 года. Первый тираж в 4 500 экземпляров разошёлся за считанные дни. К настоящему времени продано более 40 миллионов копий.

«1984»: шедевр, написанный на краю могилы

Роман «1984» (первоначальное рабочее название — «Последний человек в Европе») был написан на острове Джура у западного побережья Шотландии, в удалённом фермерском доме Барнхилл, куда Оруэлл переехал в 1946 году по совету друга Дэвида Астора. Он работал над романом, уже зная о своём смертельном диагнозе. Не имея средств на машинистку, он перепечатывал финальную рукопись сам — врачи впоследствии сочли, что это усилие сократило ему жизнь.

Роман вышел в июне 1949 года. Он подарил мировому языку целую плеяду понятий: Большой Брат (всевидящая власть), новояз (язык, ограничивающий свободу мысли), двоемыслие (одновременное принятие двух взаимоисключающих убеждений), мыслепреступление (запрещённые мысли), полиция мыслей, Комната 101, дыра памяти (уничтожение неудобных фактов). Все эти термины вошли в словари и активно используются в политическом дискурсе по сей день. Слово «оруэлловский» зафиксировано в Оксфордском словаре английского языка.

Оруэлл был крайне обеспокоен тем, что правые пытались использовать «1984» как орудие антисоциалистической пропаганды. Он выпустил специальное заявление: «Мой роман НЕ является нападением на социализм или на Лейбористскую партию (которую я поддерживаю), а разоблачением тех извращений, которым подвержена централизованная экономика».

Личная жизнь: две жены и приёмный сын

Свою первую жену, Эйлин Мод О’Шонесси (25 сентября 1905 — 29 марта 1945), Оруэлл встретил весной 1935 года на вечеринке у общей знакомой Розалинд Обермейер. По свидетельству хозяйки, он сразу сказал: «Вот на такой девушке я хотел бы жениться». Эйлин окончила Сент-Хьюз-колледж в Оксфорде и изучала психологию в Университетском колледже Лондона. Они поженились 9 июня 1936 года в церкви Святой Марии в Уоллингтоне, Хартфордшир, и поселились в крохотном коттедже XVI века «Магазин», где Оруэлл открыл деревенскую лавку, держал коз, кур и пуделя по кличке Маркс.

Супруги не могли иметь детей — Оруэлл был бесплоден. В мае 1944 года они усыновили трёхнедельного мальчика, которого назвали Ричард Горацио Блэр. Менее чем через год, 29 марта 1945 года, Эйлин умерла во время операции под наркозом в Ньюкасле — ей было 39 лет. Оруэлл находился в Париже как военный корреспондент и не успел попрощаться.

Овдовев, Оруэлл делал предложения нескольким женщинам, включая Селию Кёрван (свояченицу Артура Кёстлера). Все они отказали. Наконец, в 1949 году его второе предложение приняла Соня Мэри Браунелл (25 августа 1918 — 11 декабря 1980), ассистентка редактора журнала Horizon. Их свадьба состоялась 13 октября 1949 года прямо в палате Университетской больницы в Лондоне — Оруэлл был прикован к постели с тяжёлым туберкулёзом. Брак продлился три месяца. Дэвид Астор впоследствии заметил: «Оруэлл был совершенно непригоден для женитьбы — он едва был жив». Соня стала единственной наследницей и литературной распорядительницей, основала архив Джорджа Оруэлла в Университетском колледже Лондона.

Приёмный сын Ричард Блэр после смерти отца воспитывался тётей Эврил и её мужем Биллом Данном. Он работал агрономом и посвятил себя сохранению наследия отца.

Внешность и здоровье: высокий, худой, обречённый

Оруэлл был высоким (около 188 см / 6 футов 2 дюйма), худощавым, даже изможденным человеком с вытянутым лицом, тёмными волосами и светлыми глазами (предположительно голубыми). Его отличительной чертой были тонкие усики, которые он отрастил ещё в Бирме. На костяшках пальцев сохранились маленькие синие татуировки бирманского происхождения. Горло несло шрам от испанской пули. Друзья описывали его как нескладного, угловатого — «он вечно задевал предметы на столе и спотыкался», по словам Джеффри Горера. Одевался просто: просторные брюки, твиловая рубашка, галстук, твидовый пиджак. Был заядлым курильщиком всю жизнь.

Туберкулёз преследовал Оруэлла с молодости. Он перенёс множество бронхитов в детстве, пневмонию в 1930-е годы, а в 1938 году у него впервые обнаружили туберкулёз. Недавние криминалистические исследования письма 1937 года обнаружили на нём следы палочки Коха, что позволяет предположить заражение в испанском госпитале. Зиму 1938–1939 годов он провёл в Марокко, пытаясь восстановиться.

На Джуре болезнь резко обострилась. В декабре 1947 года Оруэлл был госпитализирован в больницу Хэрмайрс близ Глазго. Ему назначили стрептомицин — один из первых случаев его применения в Британии (препарат был получен при содействии министра здравоохранения Эньюрина Бивена). Лекарство вызвало тяжёлые побочные эффекты, но не помогло. К сентябрю 1949 года Оруэлл был переведён в Университетскую больницу в Лондоне. Он строил планы лечения в швейцарском санатории, но 21 января 1950 года скончался от массивного лёгочного кровотечения — лопнула артерия в поражённом туберкулёзом лёгком. Ему было 46 лет.

Похоронен на кладбище церкви Всех Святых в Саттон-Кортни (Беркшир/Оксфордшир). На надгробии — лаконичная надпись: «Здесь лежит Эрик Артур Блэр, родился 25 июня 1903, умер 21 января 1950». Псевдоним на камне не упомянут.

Политика: демократический социалист и враг всякой тирании

Оруэлл последовательно определял себя как демократического социалиста. Он поддерживал Лейбористскую партию и верил в общественную собственность на средства производства, но категорически отвергал любые формы тоталитаризма — как правый фашизм, так и левый сталинизм. Его антиимпериализм вырос из бирманского опыта, антисталинизм — из испанского.

В эссе «Политика и английский язык» (1946) Оруэлл сформулировал один из своих ключевых тезисов: «Политический язык создан для того, чтобы ложь звучала правдиво, убийство — респектабельно, а пустота обретала видимость твёрдости». Он был убеждён, что деградация языка ведёт к деградации мышления — и наоборот. Эта идея стала фундаментом «новояза» в «1984».

Оруэллу также приписывают популяризацию термина «холодная война»: он использовал его в эссе «Вы и атомная бомба» в 1945 году — ещё до того, как оно стало общеупотребительным обозначением противостояния США и СССР.

«Список Оруэлла»: информатор или антисталинист?

Самый скандальный эпизод биографии Оруэлла связан с так называемым списком для IRD. В марте 1949 года умирающего писателя навестила Селия Кёрван, работавшая в Отделе информационных исследований (IRD) — секретном антикоммунистическом подразделении британского МИДа. Она попросила Оруэлла назвать людей, которых не следует привлекать к пропагандистской работе Отдела.

Оруэлл с середины 1940-х вёл частную тетрадь со 135 именами людей, которых считал криптокоммунистами, попутчиками или сочувствующими. 2 мая 1949 года он отправил Кёрван сокращённый список из примерно 35–38 имён с пометками «имя», «занятие», «характеристика». Среди фигурантов были Чарли Чаплин, Дж. Б. Пристли, Майкл Редгрейв, Айзек Дойчер, журналист Уолтер Дюранти и другие. В тетради (но не в списке для IRD) значились также Орсон Уэллс, Кэтрин Хепбёрн, Джон Стейнбек, Бернард Шоу, Пол Робсон.

Некоторые пометки были откровенно грубыми — о Стивене Спендере была приписка «склонность к гомосексуальности», о Робсоне — «антибелый». Список стал достоянием общественности в 2003 году, когда МИД рассекретил документы и газета The Guardian опубликовала имена.

Реакция была полярной. Кристофер Хитченс назвал инцидент «относительно тривиальным эпизодом — последним шансом врагов Оруэлла очернить его за то, что он оказался прав». Сама Селия Кёрван пояснила: «Единственным последствием для этих людей было то, что их не пригласили бы писать для IRD». Критики же, такие как Александр Кокберн, назвали Оруэлла «стукачом» и указали на расистские и гомофобные обертоны пометок. Важный контекст: рассекреченные документы из архива Митрохина подтвердили, что один из названных Оруэллом людей — Питер Смоллетт — действительно был советским агентом.

Десять цитат, изменивших политический язык

Наследие Оруэлла живёт в крылатых фразах, многие из которых стали частью мирового политического лексикона:

• «Все животные равны, но некоторые животные равнее других» — «Скотный двор» (1945)
• «Война — это мир. Свобода — это рабство. Незнание — сила» — «1984» (1949)
• «Кто управляет прошлым, тот управляет будущим. Кто управляет настоящим, тот управляет прошлым» — «1984» (1949)
• «Если хотите представить себе будущее, вообразите сапог, топчущий человеческое лицо — вечно» — «1984» (1949)
• «Хорошая проза — как оконное стекло» — «Почему я пишу» (1946)
• «Если свобода что-нибудь значит, то это право говорить людям то, чего они не хотят слышать» — предисловие к «Скотному двору» (1945; опубликовано посмертно). Эта фраза выбита на статуе Оруэлла у здания BBC.
• «Он носит маску, и лицо его принимает форму маски» — «Как я стрелял в слона» (1936)
• «Если мысль искажает язык, то и язык способен искажать мысль» — «Политика и английский язык» (1946)

Часто приписываемая Оруэллу фраза «Во времена всеобщего обмана говорить правду — это революционный акт» — ему не принадлежит. Исследования Quote Investigator и автора книги об Оруэлле Дориана Лински показали, что первая атрибуция Оруэллу появилась лишь в 1982 году, через 32 года после его смерти.

Интересные факты о жизни и творчестве

Биография Оруэлла насыщена деталями, каждая из которых могла бы стать сюжетом отдельной книги. Ферма неподалёку от его коттеджа в Уоллингтоне называлась Мэнор-Фарм — именно так названа ферма в «Скотном дворе». Петуха он назвал Генри Фордом, а пуделя — Марксом. В 1945 году, работая военным корреспондентом в Париже и опасаясь коммунистического покушения, Оруэлл навестил Эрнеста Хемингуэя в отеле «Ритц» и получил от него револьвер Кольт .32 калибра.

Сам Оруэлл находился под наблюдением MI5 и Особого отдела с 1929 года — его дело (KV2/2699) было рассекречено в 2007 году. Агент Особого отдела отметил в 1942 году, что Оруэлл «одевается по-богемному как на работе, так и в свободное время» и придерживается «продвинутых коммунистических взглядов». MI5, впрочем, возразило: «Он не разделяет позиций Компартии, равно как и они — его».

Оруэлл утверждал, что выучил семь иностранных языков, включая два мёртвых, хотя сохранил лишь один — французский (от Хаксли). Он также является одним из первых, кто использовал термин «холодная война» в его современном значении (эссе «Вы и атомная бомба», 1945). По знаку зодиака — Рак (25 июня).

Критика Оруэлла: от феминисток до марксистов

Оруэлл не был фигурой, свободной от критики. Марксистский культуролог Рэймонд Уильямс в книге «Оруэлл» (1971) утверждал, что его герои «холодны и неспособны к вовлечению, способны лишь наблюдать и фиксировать». Айзек Дойчер в эссе «1984 — мистицизм жестокости» (1955) обвинил Оруэлла в заимствованиях из романа Замятина «Мы» и назвал «1984» произведением «яростного, но ограниченного воображения». Айзек Азимов критиковал роман за технологическую неизобретательность.

Феминистская критика особенно остра. Беатрикс Кэмпбелл отметила, что «взгляд Оруэлла никогда не останавливается на культуре женщин». В «Дороге на Уиган-Пирс» Оруэлл поставил «феминисток» в один ряд с «любителями фруктовых соков, нудистами и сексуальными маньяками». Анна Фандер в книге «Жизнь жены» (2023) подробно исследовала, как Оруэлл систематически делал невидимым вклад Эйлин в его жизнь и творчество.

Левые критиковали его за то, что «Скотный двор» и «1984» были присвоены ЦРУ (которое финансировало мультипликационную экранизацию 1954 года) и использованы как идеологическое оружие холодной войны. Правые пытались апроприировать его антикоммунизм, игнорируя социализм, — что возмущало самого Оруэлла.

Почему Оруэлл остаётся актуальным

Секрет долговечности Оруэлла — в уникальном сочетании кристальной ясности прозы, морального авторитета, выстраданного личным опытом, и универсальности тем. Он не был кабинетным теоретиком: он бродяжничал с нищими, стрелял и был ранен на войне, работал на пропагандистскую машину. Каждое его произведение подкреплено реальным переживанием, и это придаёт его голосу убедительность, недоступную чисто интеллектуальным критикам.

Продажи «1984» неизменно взлетают в моменты политических кризисов — после разоблачений Сноудена в 2013 году, после инаугурации Трампа в 2017-м, при каждом новом витке авторитаризма в мире. Его предупреждения о слежке (телекраны → смартфоны/камеры наблюдения), манипуляции языком (новояз → «постправда»), переписывании истории (дыра памяти → цифровая цензура) оказались пророческими в степени, которую сам автор вряд ли мог вообразить.

У входа в здание BBC стоит бронзовая статуя Оруэлла с надписью: «Если свобода что-нибудь значит, то это право говорить людям то, чего они не хотят слышать». Престижная Премия Оруэлла ежегодно присуждается лучшим образцам политической публицистики. «Оруэлловский» стало прилагательным в десятках языков. Человек, умерший в 46 лет от туберкулёза в лондонской больничной палате, оставил после себя язык для описания тирании — и этот язык не устаревает.